Влияние менталитета на налоговое планирование в РК

Собственники бизнеса, первые руководители в Казахстане и в 2020 году требуют от Главного бухгалтера найти пути снижения налогооблагаемого дохода и применения различных налоговых схем, которые прямо противоречат законодательству. Кажется, не все понимают, что применение черных налоговых схем запрещается и влечет юридическую ответственность.

Определимся для начала с терминами.

Уклонение от уплаты налогов в целом относится к незаконной практике уклонения от налогообложения. С этой целью облагаемый налогом доход, прибыль, подлежащая налогообложению или другие налогооблагаемые виды деятельности, скрываются, сумма и / или источник дохода искажены или факторы, снижающие налог, такие как вычеты льготы или льготы умышленно завышены.

Уклонение от уплаты налогов может происходить как отдельный инцидент в рамках деятельности, которая, в других отношениях, является законной. Или же уклонение от уплаты налогов происходит в неформальной экономике, где бизнес не только уклоняется от уплаты налогов, но и вообще не регистрируется как формальное предприятие.

Налоговая оптимизация, напротив, имеет место в правовом контексте налоговой системы, когда физические или юридические лица пользуются налоговым кодексом и используют «лазейки», то есть занимаются законной, но противоречащей цели налогового законодательства деятельностью. Как правило, налоговая оптимизация охватывает специальные виды деятельности с единственной целью уменьшить налоговые обязательства. Примером налоговой оптимизации является стратегическое налоговое планирование, где финансовые вопросы организованы так, чтобы минимизировать налоговые обязательства, например, использование налоговых вычетов и использование налоговых льгот.

Налоговый разрыв — определяется как разница между налоговыми поступлениями, которые будут получены при гипотетическом совершенном применении налогов, и фактическими налоговыми поступлениями. Политика, направленная на борьбу с уклонением от уплаты налогов, является политикой, направленной на сокращение налогового разрыва.

Налоговая нагрузка является мерой налогового бремени, налагаемого государством. Она включает прямые налоги на доходы физических и юридических лиц и общие налоги, в процентах от ВВП.

Таким образом, компонент фискальной свободы состоит из трех количественных факторов:

  • Максимальная предельная ставка налога на доходы физических лиц,
  • Максимальная предельная ставка налога на доходы корпораций и
  • Общая налоговая нагрузка в процентах к ВВП

Обратимся к статистике.

Индекс финансовой свободы в Казахстане с 2013 года рассчитанный на сайте TheGlobalEconomy.com равен 93 пунктам из 100 согласно данным Фонда наследия. Среднее значение по Казахстану с 1998 по 2019 год составило 85 баллов, минимум в 73 балла в 1998 году и максимум 93 балла в 2013 году.

При этом согласно https://www.theglobaleconomy.com ставка КПН во всех странах имеет разброс от 55 до 0%. Самые высокие и самые низкие ставки корпоративного налога в мире выглядят следующим образом:

Большинство из 218 отдельных юрисдикций, опрошенных на 2019 год, имеют ставки корпоративного налога ниже 25 процентов, а 111 имеют ставки налога от 20 до 30 процентов. Средняя ставка налога среди 218 юрисдикций составляет 22,79 процента.

Среднее значение Индекса фискальной свободы в 2019 г. составило 77 баллов. Самое высокое значение было в Бахрейне: 100 баллов, а самое низкое значение — в Дании: 42 балла. По этому показателю Фонд наследия предоставляет данные по Казахстану с 1998 по 2019 год. Среднее значение по Казахстану за этот период составило 85 баллов, минимум в 73 балла в 1998 году и максимум 93 балла в 2013 году.

Теперь посмотрим, насколько сложно в Казахстане посчитать налоги.

За последние двадцать лет Налоговый Кодекс РК претерпевал ежегодные изменения, а также усложнения в виде различных поправок, ссылок, уточнений и разъяснений. Каждый январь все бухгалтера пытались попасть на тренинги по разъяснению новых изменений или по правилам заполнения годовой налоговой декларации. В настоящий момент уже не начало 2000 годов, когда все налоговые формы были только на бумажных носителях, а получить информацию у налогового инспектора было сложно, уже даже потому что мало кто владел информацией, не все понимали все написанное в кодексе, а количество разъярённых или напуганных бухгалтеров в очереди превышало приемлемые для нормальной работы значения.

В настоящий момент можно отметить не только улучшение качества налогового администрирования, но и доступа к информации, легкости подачи заявлений, упрощение сдачи отчетности.

Таким образом Казахстан входит в список благоприятных стран с достаточно высокой финансовой свободой. Почему же тогда казахстанский бизнес идет на риски, применяя налоговые махинации?

Налогоплательщик не обязан следовать духу или основной цели налогового кодекса, а только букве закона. Тем не менее, на практике эта граница часто не совсем ясна. Иногда лазейки, которые исследуются с помощью налогового планирования, ясны и недвусмысленны. Следовательно, уклонение от уплаты налогов часто происходит на полях налогового кодекса, в тех областях, где кодекс неоднозначен и нуждается в толковании.

Во многих случаях различие между уклонением от уплаты налогов и налоговой оптимизацией не является четким, по этой причине налоговая оптимизация и уклонение от уплаты налогов обычно рассматриваются совместно, несмотря на их различия.

Попытка сократить налоговый разрыв, тем не менее, является бессмысленной задачей — поскольку административные расходы, необходимые для выявления каждого уклоняющегося от уплаты налогов, были бы намного выше, чем дополнительные налоговые поступления.

Международная и национальная перспектива.

Международный аспект уклонения от уплаты налогов можно разделить на две стилизованные ветви: с одной стороны, можно найти — юридических или физических лиц — пользующихся преимуществами различий в налоговом законодательстве или ставках и возникающих в результате налоговых обязательств между странами, что приводит к попыткам переложить налоговые обязательства в страны с низкими налогами. Это начинается с усилий по сокращению налоговых платежей в частной среде, и заканчиваются бегством финансового капитала в места с низкими налогами или налоговые убежища.

Что касается простоты налоговой структуры, то очевидно, что сложные налоговые системы способствуют налоговой оптимизации и уклонению, поскольку они создают неопределенность в отношении сферы применения налоговых норм, увеличивают затраты на проверку и соблюдение и умножают формулы налоговых оптимизаций или механизмов налоговых уклонений.

Не менее важным является принятие налоговой системы, потому что, если налогоплательщик сочтет, что налоговая система несправедлива, он будет менее готов подчиниться. Принятие системы зависит, помимо прочего, от смягчения налогового бремени, справедливости налоговой структуры, использования сбора, расходов на соблюдение требований и обслуживания налогоплательщиков.

Уклоняющийся стремится максимизировать свои доходы (ожидаемые доходы против ожидаемых затрат), поэтому уклонение уменьшается, когда существует высокий уровень санкций, когда восприятие обнаружения больше, меньше отвращение к риску и т. д.

Решение об уклонении является сложным вопросом (склонность к обману, способность обмануть и возможность обмануть). При рассмотрении мошенничества, помимо экономических интересов, необходимо проанализировать психологические факторы налогоплательщика и его социальную среду.

Лучше проводить отраслевые уклонения или сравнительные исследования, чем глобальные исследования несоблюдения. Эти отраслевые исследования позволяют определить, какой налогоплательщик или сектор уклоняется, а также маневры, используемые для этой цели.

Социальное восприятие государства является основой для понимания причин и важности уклонения от налогов. Ситуации безнаказанности и коррупции порождают еще больше мошенничества и не способствуют соблюдению правил налогоплательщиками.

Проблема коррупции иллюстрирует большинство причин уклонения от уплаты налогов. Ни одна страна не застрахована от коррупции. Злоупотребление публичной функцией ради собственной выгоды снижает доверие людей к правительству и учреждениям, подрывает эффективность и справедливость государственной политики и незаконно присваивает деньги налогоплательщиков, изначально предназначенные для школ, дорог и больниц.

Согласно исследованию [ ссылка] большинство коррумпированных стран собирают меньше налогов, потому что люди платят взятки, чтобы их избежать; например, через налоговые пробелы, задуманные в обмен на взятки. Кроме того, когда налогоплательщики считают, что государство коррумпировано, уклонение от уплаты налогов становится более вероятным.

Там же отмечается, что в целом менее коррумпированные правительства собирают на 4% больше ВВП в виде налоговых поступлений, чем страны, имеющие одинаковый уровень развития с самыми высокими уровнями коррупции.

В заключение

Я полностью разделяю этот анализ, отмечая, что борьба с коррупцией является проблемой, которая требует настойчивости во многих областях, но, несомненно, имеет огромные дивиденды логически за пределами налоговой сферы. Ключевым аспектом является политическая воля, постоянное укрепление институтов для обеспечения целостности, большей прозрачности, подотчетности и международного сотрудничества.

Готовность налогоплательщиков платить налоги связана с их доверием к учреждениям, восприятием коррупции, а также с удовлетворенностью государственными услугами.

 

Leave a Reply

Leave a Comment